Путевые заметки: открывая Дальний Восток

Последние несколько лет Дальний Восток набирает популярность среди туристов и путешественников. В прошлом году регионы ДВФО посетили 7,5 млн человек, за первые шесть месяцев 2026 г. турпоток вырос на 30% по сравнению с аналогичным периодом прошлого года. В лидерах – Приморский край. Однако на Дальний Восток все еще едут реже, чем в другие популярные и более доступные регионы. Россиян отталкивает стоимость билетов на транспорт и туров на несколько дней, а на самостоятельные путешествия решаются не все.

«Ведомости Северо-Запад. Стиль жизни» публикуют заключительную часть путевых заметок журналистки Надежды Ярмула о самостоятельной поездке на Дальний Восток.

Туманный край

Фирменный поезд №2 «Москва–Владивосток», следующий по Транссибирской магистрали практически через всю Россию, отправляется от Слюдянки в 00:42. Немного раньше в обратную сторону отходит поезд №1 «Владивосток– Москва». Их прибытия на станции ждут всего несколько человек. Дежурная по вокзалу спрашивает немногочисленных пассажиров их маршрут. «Вы у меня «единичка», а вы –«двоечка». Это чтобы я запомнила», – говорит женщина, смотря на меня. 

От Слюдянки до Владивостока поезд идет чуть больше трех суток. Билет на нижнюю полку в плацкарте обходится мне в 14 106 руб. 

В первый день дороги пассажиры в вагоне часто меняются: желающих проехать весь путь от столицы до конечной станции на самом деле не так много. «Стабильно» в вагоне становится лишь после Читы – и до Хабаровска. 

Наш поезд опаздывает, поэтому большие остановки, которых и так немного, сокращают вдвое. Складывается ощущение, что жизнь здесь течет медленнее,– вот и поезд никуда не торопится. Я коротаю часы за просмотром документального фильма «Счастливые люди» о жителях Бахты (интересно, как изменился быт охотников и их семей за прошедшие 20 лет) и разговорами с соседкой по плацкарту. 

Наш состав прибывает во Владивосток в шесть утра. Столица Приморского края встречает меня пасмурной погодой и повышенной влажностью. Так будет все время, которое я проведу здесь: солнце выглянет лишь в день моего отъезда. 

Владивосток стоит на многочисленных сопках (так невысокие горы называют на Дальнем Востоке), поэтому маршрут по городу состоит из постоянных спусков и подъемов. Практически каждая сопка называется смотровой площадкой. В большинстве случаев – это ничем не оборудованная локация, с которой открывается прекрасный вид на город. 

Визитные карточки Владивостока – вантовые мосты: Русский мост, построенный через пролив Босфор Восточный и изображенный на двухтысячной купюре, и Золотой, связавший две части города через бухту Золотой Рог. Самые туристические места в черте города – маяк Токаревского и остров Русский. 

В Приморском крае, как и в Красноярском, меня в первую очередь интересует природа. Из десятка живописных локаций, поездки к которым предлагают местные турфирмы, выбираю всего две – полуостров Гамова с островом Томящегося Сердца и остров Аскольд. Каждая экскурсия стоит 7500руб.

Аскольд, третий по величине остров в Приморском крае, расположился в заливе Петра Великого, в 40 км от города Находки. Путь к нему проходит через небольшой поселок Дунай, где туристы пересаживаются на катер и с ветерком доезжают до точки назначения.

На остров едут ради двух маяков – старого, который впервые зажгли в конце 1880-х гг., и нового, который пришел ему на смену. Он работает по сей день. Дорога к маякам начинается с галечного пляжа и далее постоянно идет вверх. Первый привал мы делаем через час: останавливаемся возле заброшенной военной техники, артиллерийской батареи № 26, и с любопытством рассматриваем подземную часть этой махины. Ее установили здесь в 1939 г. для обороны подступов к Владивостоку.

После привала двигаемся дальше по острову – к маякам. Но рассмотреть их, как бы мы ни старались, нам почти не удается: из-за плотного тумана видимость ограничивается буквально двумя метрами. Чтобы разглядеть хоть что-то, я и еще несколько туристов подходим к самому краю скалы. 

– Вот так видно! – радостно восклицаем, заметив очертания нового маяка.

С острова увидеть нам удается только его. На старый маяк мы любуемся, когда обходим Аскольд на лодке. Кажется, что погода в этот момент немного сжалилась над нами и на несколько минут туман рассеялся. К особенностям климата, впрочем, почти все собравшиеся относятся с пониманием: «А что еще остается делать?» Я и вовсе радуюсь, что хотя бы за день до нас на полуострове Гамова было солнечно. 

На Сахалин

Заключительная точка моего длинного маршрута – остров Сахалин. С материка добраться до него можно либо на самолете, либо на пароме. Паром отходит от Ванина, рабочего поселка в Хабаровском крае на берегу Татарского залива, и причаливает в Холмске – городе на юго-западном побережье острова. Именно этот маршрут я рассматривала в первую очередь. Но просчитать заранее, сколько на него уйдет времени, довольно трудно. У парома нет расписания: из-за шторма его могут задержать как на несколько часов, так и на сутки. Именно поэтому я в итоге выбираю более простой вариант – самолет.

Билет на дневной рейс обошелся мне в 15 688 руб. Около часа в пути –и самолет приземляется в Южно-Сахалинске – в столице самого большого острова России.

Визитная карточка Сахалина – маяк Анива. Поездку к нему турфирмы советуют бронировать на начало путешествия, чтобы ее можно было перенести на другую дату в случае непогоды. Мне везет: Сахалин встречает меня ярким солнцем и 25-градусной жарой. 

Добраться до Анивы самостоятельно не получится, маяк построен на скале Сивучья, которая находится в нескольких метрах от береговой линии – мыса Анива. Маршрут состоит из двух частей: сначала полтора часа на машине из Южно-Сахалинска до поселка Новиково, затем еще 40 км (около 1,5 часов) на моторной лодке по морю. Цены на экскурсии начинаются от 8000–9000 руб. Каждый день на маяк отправляются десятки человек. Большинство компаний выезжают из города около шести часов утра и уже около 9:00 отчаливают от поселка.

Высадка на скалу Сивучья и подъем на саму маячную башню официально запрещены. Объект признан аварийным. Турфирмы об этом предупреждают, но отмечают, что решение о подъеме вы принимаете самостоятельно и вся ответственность в таком случае тоже на вас. 

Мы причаливаем к Сивучьей около 10 утра. За нами своей очереди ждут еще около 40 человек. На скале уже гуляют люди. Самые отважные, если можно так сказать, решаются на подъем на башню: для этого там закреплена веревка, прочность которой, впрочем, вряд ли кто-то проверял. Над маяком летают десятки чаек, на скале фотографируются и снимают видео десятки туристов. Остаться здесь наедине с природой не получится. Впрочем, место не становится от этого менее прекрасным.

Маяк был построен по проекту инженера СинобуМиуры в 1939 г., когда южная часть острова принадлежала Японской империи. Аниву тогда называли Накасирэтоко, южную часть Сахалина – Карафуто. Уже в 1945 г., после окончания Второй мировой войны, весь остров вновь стал российским, маяк и скалу переименовали. 

До конца 1980-х гг. на маяке жили смотрители, но в 1990-е его перевели на автоматический режим работы, а еще через 16 лет окончательно закрыли и забросили. О реконструкции Анивы говорят уже более 10 лет. Начать планировали в 2015 г., потом в 2020 и 2024 гг. Последний раз власти заявляли, что приступят к работам в апреле 2026 г. Однако пока маяк остается заброшенным. 

Проведя на скале час и осмотрев Аниву со всех сторон, мы садимся в те же лодки и возвращаемся в Новиково. 

«Слезы Карафуто»

Путешествовать по Сахалину без машины довольно трудно: чтобы доехать до большинства природных достопримечательностей, понадобится внедорожник. Но до некоторых локаций добраться на общественном транспорте все же можно.

В Невельск, город на юго-западном побережье острова, из Южно-Сахалинска несколько раз в день идет автобус № 518, билет стоит 500 руб. По словам местных, на юго-западном побережье – на берегу Татарского пролива – проще найти «слезы Карафуто», осколки японской посуды, выброшенной на берег во время прилива или после шторма. По легенде, японцы, покидая остров после Второй мировой, закапывали свои вещи в землю или выбрасывали их в море. Именно за этими осколками из прошлого я и поехала в Невельск.

Дорога до него занимает около 1,5 часов. Выхожу на остановке при въезде в город, чтобы как можно скорее спуститься на пляж и приступить к поискам. Но сразу становится понятно, что мой план невыполним. Продавщица в пекарне рассказывает, что выйти на пляж здесь не получится. Ближайшие несколько километров вдоль берега – закрытая территория порта.

Невельск – типичный город с остатками советской атрибутики: Дом культуры, мозаики на фасадах домов, пятиэтажки, но все это на фоне гор и моря. Одна из главных достопримечательностей города – лежбище сивучей. На центральной набережной местная турфирма предлагает прокатиться до места отдыха «морских львов» и понаблюдать за ними буквально на расстоянии вытянутой руки. За такую 30-минутную поездку с человека берут 1200 руб. Катер, подъезжая к лежбищу, немного пугает его жителей: они рычат, а некоторые устремляются в воду. Впрочем, переполох быстро затихает –и сивучи, не замечая нас, продолжают решать вопросы между собой.

В поисках выхода на пляж я прохожу весь город, который вытянулся вдоль пролива, и останавливаюсь на парковке возле промышленных зданий, замечая мужчину 60 лет, сидящего в машине. 

– Вы одна? Без машины? – удивленно спрашивает он. – Давайте я вас подвезу. 

Я, не думая, залезаю в его небольшой грузовик. Последние два часа под палящим солнцем меня изрядно вымотали, поэтому мне уже не терпится наконец-то добраться до пляжа. По дороге узнаю, что мужчина переехал на Сахалин из Северной Осетии: приехал служить и остался. За время этого путешествия я часто встречала людей, чьи родственники служили на Сахалине.

Я выхожу из машины недалеко от севшего на мель китайского сухогруза. По карте в этом месте есть остановка, от которой до Невельска ходит автобус. Но, как выясняется позже, остановка есть только на карте. 

Спускаюсь на пляж и наконец приступаю к поискам «слез Карафуто». Первый осколок нахожу буквально через пару минут: держа в руках кусочек разбитой японской посуды, понимаю, что все-таки весь этот путь был не зря. 

За три часа прогулки по берегу я прошла более 3 км, искупалась в теплом Татарском проливе и нашла десятки осколков японской посуды. В свою коллекцию брала лишь те, на которых был рисунок. Здесь стоит отметить, что говорить однозначно, что вся посуда, выброшенная на берег морем, принадлежит эпохе Карафуто, довольно сложно. Например, один из найденных осколков, как я выяснила дома, принадлежит тарелке, произведенной в СССР. Такая тарелка есть у меня дома. Но большинство найденных осколков украшены характерными японскими узорами.

Через три часа я вернулась в точку старта, еще будучи уверенной, что автобус здесь все-таки останавливается. Но пожилая семейная пара на пляже, у которой я решила уточнить дорогу, окончательно разбила мои надежды уехать отсюда на общественном транспорте. До Невельска меня подвез мужчина, который остановился, как только я вышла на дорогу и подняла руку. По пути он рассказал, что настоящие артефакты японской эпохи нужно искать в устьях рек. Времени, чтобы проверить его слова, у меня уже не было.

Я вернулась в Южно-Сахалинск на том же автобусе № 518 и на следующий день вылетела в Москву. 

Мое путешествие по России продлилось месяц: формально я проехала через всю страну, но фактически посетила лишь четыре региона. В России сотни мест, которые привлекают историей, природой и архитектурой, и увидеть лично хочется как можно больше из них. Сейчас я рассматриваю карту России и продумываю новые поездки в самые отдаленные уголки нашей страны.

Первая часть путевых заметок: жизнь вдоль Енисея.

Вторая часть путевых заметок: встреча с Байкалом.